Сексология и сексуальное здоровье

Мужская проституция

Глава из книги Гитина В.Г.
"Это жестокое животное - мужчина", 1997

Не рекомендуется для чтения людям со слабыми нервами,
отсутствием чувства юмора,
а также собирающимся вступить в брак

МУЖСКАЯ ПРОСТИТУЦИЯ

"Двуногая тварь, именуемая человеком,
будет вечно верить тому,
что льстит ее страстям". ОНОРЕ ДЕ БАЛЬЗАК

Да, заманчива доля мужчины, доля воина, охотника, защитника, труженика, овеянного славой героя сражений или творца шедевров искусства, мыслителя, добытчика, надежды и опоры...

Но есть и достаточное количество тех, кто избрал себе совсем иную долю: "крысы", прихлебателя, вора, попрошайки, паразита - тех, которые вызывали столь грустные мысли у Достоевского и продолжают вызывать аналогичные мысли у любого нормального человека.

При всей глубине пропасти, отделяющей первых мужчин от вторых, тем не менее нельзя не заметить, что все они заняты каким-то делом, которому отдают свои усилия, способности, мастерство, талант, даже если это и криминальный талант, как, скажем, талант карманного вора.

Каждый мужчина стремится овладеть тем или иным умением, ремеслом, с помощью которого он добывает себе хлеб насущный, которым по-своему гордится и в котором самоутверждается.

Но есть определенная категория мужчин, которые настолько бесталанны, настолько ленивы и при этом алчны, что любого рода деятельности предпочитают самую низкую и позорную степень падения - торговлю своим телом.

Проституция, называемая самой древней профессией, традиционно считается явлением сугубо женским, как и род, к которому принадлежит слово "проститутка". Что ж, традиции, как правило, устанавливают мужчины, и естественно их желание не включать в лексику мужской аналог определения принадлежности к позорнейшей из профессий.

Но лексика далеко не всегда отражает суть жизненных явлений.

А явления эти таковы, что со всей наглядностью подтверждают наличие мужской проституции, едва ли уступающей женской в древности своего происхождения.

АРГУМЕНТЫ:

"Мужская проституция ведет свое начало, как и проституция женская, с самых древних времен. По свидетельству Ювенала, Петро-ния и других римских сатириков, в вечном городе было много мужчин, удовлетворяющих похотливость женщин вовсе не из любви или страсти, а единственно с целью очистить их карманы. Женщины платили деньги мужчинам за удовлетворение своих половых требований точно так же, как мужчины платят за это проституткам .

Факт продажи мужчинами своего тела продолжает еще свое существование и до настоящего времени. Женщин, которых часто не зависящие от них обстоятельства ввергают в проституцию, мы клеймим страшным незаслуженным позором; между тем, продающих свою особу мужчин мы как будто бы не замечаем и к этому положительно непростительному для мужчины ремеслу относимся снисходительно и обходим его полным молчанием.

Но скорее всего можно быть снисходительным к вору, посягнувшему на преступление не по испорченности своего нрава, не по склонности к самому преступлению или лени добывать себе честным трудом кусок хлеба, а просто вследствие тяжелых, часто вовсе невыносимых жизненных обстоятельств, как, например, голода, холода и т. п., нежели снисходить к человеку, удовлетворяющему половой инстинкт женщины с преследованием корыстных целей. Продажа своего тела женщиной, в весьма многих случаях, не только не заслуживает поругания, а, напротив, возбуждает полное сожаление, порождает сочувствие, тогда как в мужчине подобный факт безразлично заслуживает полнейшего презрения. Женщина еще не доведена ни до того нравственного развития, ни до того общественного положения, чтобы окончательно быть лицом самостоятельным; мужчина, напротив, имеет все эти преимущества, наконец, мужчина есть общественная сила, а женщина - существо слабое, вечно находящееся под его гнетом. Например, женщина, доведенная до нищеты, мучимая голодом, дрожащая от стужи, по весьма естественному чувству самосохранения выходит на улицу и продает себя первому, привязавшемуся к ней мужчине; она, спасая свою жизнь, идет к пороку смело; она знает, что не сделает и нескольких шагов, как найдет себе потребителя - мужчину, который ее и накормит, и обогреет, и еще даст денег, чтобы заплатить за квартиру и купить башмаки.

Между тем мужчина положительно не может быть извинен в торговле своим телом подобными потрясающими обстоятельствами. Умирая с голоду, мужчина не пойдет себя продавать женщине, он знает, что его не возьмут. Для того чтобы зарабатывать мужчине средства к жизни продажей своего тела, необходимо умение пользоваться обстоятельствами, нужно отыскивать случаи, изобретать способы, чтобы воспользоваться той или другой женщиной, на щедрость которой можно рассчитывать. Проституирующие мужчины обыкновенно зарабатывают своей особой деньги двояким способом: или прикидываясь страстными любовниками, или просто-напросто изображая из себя постельных гайдуков, но в обоих случаях мужчина поступает вполне сознательно; в подобное положение он не может попасть в момент критических обстоятельств. К сожалению, невозможно не сознаться, что вид такой мужской проституции весьма распространен у нас и нередко гнездится в высших слоях общества".

М. КУЗНЕЦОВ. История проституции в России. 1871

Как видим, так называемые "падшие создания" далеко не всегда имели (и имеют) вид классических пышногрудых нарумяненных кокоток, а в их рядах достойное место занимают и бравые усачи...

У этих коллег по древнейшему ремеслу есть различия лишь в тактике действий: если женщины ждут своих клиентов в публичных домах или бродят по улицам в поисках "работы", то мужчины действуют более завуалировано и тонко, заводя "нечаянные" знакомства в барах или ночных клубах или помещая на газетных полосах объявления примерно такого содержания: "Интеллигентный мужчина ищет женщину, способную понять и оценить его трепетную душу, желательно с жилплощадью и материально обеспеченную".

Есть, конечно, и такие плейбои, которые не занимаются проституцией профессионально, то есть постоянно, а подрабатывают на этом поприще при каком-либо удобном случае. Как правило, такие случаи не так уж редки...

ИЛЛЮСТРАЦИЯ:

"Я вошел в бар и направился к длинной грязной стойке.

- Чего тебе? - спросил бармен.

- Кружку пива.

Стояла тут и крупная блондинка в облегающем летнем платье психоделического покроя, с обширными пятнами пота под мышками. Она глянула на меня нагло и поинтересовалась:

- Помяли тебя, что ли?

- Точно. Грабанули и звезданули.

- Вот тебе и тити-мити,- выразила она легкое соболезнование. Я подвинул кружку и себя самого к ней поближе. Как-то же нужно было добыть денег...

Она ввела меня в свой волшебный грот, что располагался в квартире на третьем этаже дома на Риверсайд-драйв, но только после долгого сидения в баре за замаранным столом в темном противном углу.

Ее автобиография: молодая, многообещающая жизнь, замаранная темными, противно угловатыми мужчинами. Ей хотелось вдоволь угостить меня выпивкой, чтобы я сравнялся с ней. Она заказывала главным образом мощные смеси вроде водки с зеленым шартрезом, рома и джина с гренадином, бенедиктина с коньяком. Блондинку здесь хорошо знали:

самые экзотичные припасы в баре, очевидно, приберегались только для нее. Что до меня, которого она кликала милым мальчиком, то не выпивки мне хотелось, а хотелось вставить, задвинуть, вдарить, вжать, кончить, вынуть, смыться с теми крупного достоинства банкнотами, что имелись в ее сумочке.

Я не собирался пропускать очередной авиарейс, который должен был, по-моему, состояться на заре. А заря в это время года уже была недалеко. Сейчас требовалось узнать: во сколько наличных оценит маленькую порцию моей мужской наличности эта женщина?

Которую звали Ирма.

- А он и говорит: "Шлюха ты, Ирма". Я аж вспыхнула, чо ж он, ведь знает, что это не так, ты еще слушаешь?

Я еще слушал Мужчины в ее жизни оборачивались свиньями, перед которыми она метала жемчужные россыпи своего ума и тела, а ведь она художественно одарена, так все говорили, умеет стыковать вещи столь же ладно, как тот парень Раушенберг, но мужчины ей все загубили...

- А теперь у меня есть Честер, и он хороший и так хочет любить меня. но не может, понимаешь, что я имею в виду?

Да, я понимал: он загублен. Ирма была бесстыдна и мясиста, но отнюдь не тити-мити. Исходивший от нее острый запах пота в этой пред-любовной фазе пока не возбуждал - как если бы издалека доносились раскаты приближающейся грозы.

- Загублен, это точно. Мамочка его виновата. Загубила ему детство, а сейчас, когда он хочет это сделать, понимаешь, по-нормальному, ты слушаешь?

- Попытайся заставить меня не слушать.

Она совсем не шаталась вопреки бремени своего духа. Мы очень устойчиво дошли до Риверсайд-драйв. В тесном лифте Ирма обняла меня, так сказать, функционально и снова заявила, что я милый мальчик. Когда мы вошли в квартиру, ей потребовалось позвонить, а телефон был в спальне. По стенам висели ее картины, она сказала, взгляни на них и увидишь загубленный талант, пока я пойду звонить.

Талант, подумал я с жестокосердием молодости, был загублен еще в зародыше. Она прикалывала к холсту обрывки старых журналов, в .основном фотографии астронавтов, изогнутых культуристов, солдат в противогазах времен первой мировой войны, политиканов и так далее и соединяла эти элементы темно-красными полосами и картонками с надписями типа ЗАДАРМА или КЛЕВО, дерзко выведенными гигантским фломастером...

- Когда ты там...

Это Ирма бормотала из спальни,

Я вошел туда и наткнулся на нее, лежащую полностью одетой, расчетверенной. В комнате приятно пахло смесью коньяка, какао, женского пота и духов. Я разделся донага и принялся раздевать Ирму.

Понимаю, что читатель заявит о своем праве подглядывать за любым совокуплением, которое случается по ходу повествования (сейчас оно очень даже должно было случиться, потому что от этого зависел мой авиарейс). Но я всегда стеснялся общественной деятельности. Так что придется вам обойтись вульгарно-фригидной символикой, подпорченной Блейком.

Скажу, что Ирма лежала на постели как остров Лонг--Айленд, кстати и простыни были голубыми, а я ласкал в районах Уонтага и Ист-Норвича, пока они не воспламенились от трения, а затем мои нежные поглаживания, подобные волнам залива Флендерс-Бей, чудесным образом спровоцировали бунт в Риверхэде. Между прочим, это было скорее желание Ирмы, чем мое, чтобы у Мэнлингэмхаттана, хотя и сохранившего свое место на карте Нью-Йорка, высосать его речки, а потом уже объять его перепонками Джерси-Сити и Южного Бруклина.

Пушки готовы были открыть огонь в Бэттери-парке, когда я осознал, что стоны мужской радости принадлежат не мне, а исходят откуда-то из-за Ирминых ног. Наконец корабли в заливе Аппер-Бэй запустили ликующие ракеты и пророкотали орудиями многократное благодарение, и я в два взмаха доплыл до берега, где увидел голого мужчину, входящего в спальню из ванной.

Ирма мощным рывком спихнула с себя мое тело и протянула руки навстречу мужчине.

Он протянул ей свои.

Она вскрикнула:

- Честер, сладкий мой! До чего же было хорошо.

- Ирма, крошка моя, спасибо тебе - я будто в раю побывал. И они принялись извиваться и чмокаться, обнявшись на постели. Я почувствовал себя использованным и лишним.

- Деньги! Деньги давайте! - потребовал я. Честер пришел в смятение. Он посмотрел на меня снизу своими большими темными глазами (руки его обвивали Ирму) и прокричал в ответ:

- Ты на что гадишь? Ты же нашу любовь мараешь! Ах ты, пачкун. гаденыш, пацан-проститутка!

Ирма, не открывая глаз, процедила тоном превосходства:

- Есть люди, Честер, которые не понимают, что такое любовь.

- Ты права, милая.

- Пускай забирает все, что у меня в сумочке. В пятницу придут алименты.

- С Честера тоже причитается,- настаивал я.- Так будет по справедливости. Он от меня получил с избытком.

- Я возражаю,- сказал Честер без тени возражения.

Я решил не пререкаться, оделся и отправился на поиски денег в гостиную.

В сумочке Ирмы я обнаружил меньше сотни долларов. Не нашлось и случайных банкнот, рассованных по ящикам или растолканных по вазам:

я все тщательно обыскал, изучил даже коллажи - не прикнопила ли Ирма смачную "зелень" к своим пошлым творениям? Но нет.

В карманах брюк у Честера болтались одни монетки, а в бумажнике. лежавшем в пиджаке, лишь две пятерки и десятка. Итак, мне пришлось довольствоваться 115 долларами 65 центами - отнюдь не много, учитывая, сколько я совершил для них и для любви, как они это называли".

ЭНТОНИ БЕРДЖЕСС. Отрывок из романа "МФ"